«Долой орла!» Картина И. А. Владимирова.Все против старой РоссииПожалуй, что только в одном было согласие среди всех сословий, классов и групп российского общества Российской империи. Все жаждали свержения царизма («Кругом измена, трусость и обман»).



Главнейшим революционным отрядом была правящая верхушка, элита империи. Николая II вынудили отречься от престола не красногвардейцы и большевистские комиссары, а генералы и депутаты, масоны высших степеней посвящения. Благородные, образованные и вполне материально обеспеченные люди. Военная, политическая, общественная, промышленно-финансовая элита. Высшая и средняя бюрократия. Все они желали отречься от «пережитка прошлого» — самодержавия, и построить в России матрицу общества западного типа. У них было положение, влияние, капиталы, но они желали полной власти. Им мешал русский царь. Они желали «милой Европы», но открыли ящик Пандоры и устроили ад на Русской земле. При этом многие, в том числе через масонские ложи, были связаны с тогдашним коллективным Западом. Францией, Англией и США. Они использовали царскую Россию как «болвана», с помощью которого нанесли смертельный удар конкуренту внутри западного проекта – германскому миру, и «дойную корову». В 1917 году пришло время «снимать сливки». Вместе с германским миром сокрушить и разграбить Русскую империю. Занять ключевые точки, порты-базы, и контролировать процесс создания «банановых республик» – бантустанов на месте бывшей империи. Колонизировать огромные пространства России, решая задачу выхода из кризиса капитализма. Другим важнейшим революционным отрядом была русская национальная и инородческая буржуазия. В этот же лагерь можно записать и интеллигенцию, которая в основном была на западнических, либеральных и социал-демократических позициях. Русский капитал, включая староверов и инородцев, хотел избавиться от царизма, который якобы мешал капиталистическому развитию страны. Рынку. Поэтому банкиры, капиталисты, богатые промышленники и купцы поддерживали, финансировали антиправительственную деятельность. Интеллигенция играла разрушительную и самоубийственную роль. Она процветала при царизме, но люто его ненавидела. Мечтала о «милой Европе». Свободе и демократии. Она всеми силами вызывала революцию. И стала жертвой, принесённой революционному Молоху. Общим для всех течений интеллигенции – от либерал-демократов до радикальных революционеров, была очарованность Западом, который рассматривали как идеал во всём. Россию стремились втащить в западный мир и укоренить там. Только идеология была разной: от либерал-демократии и социал-демократии до радикального марксизма-ленинизма. В этом отношении интеллигенция Российской империи была антинародна, так как не принимала, не понимала и не верила в русский путь, в русский цивилизационный проект. Западники хотели перевоспитать «неправильный» народ, сделать из русских неотъемлемую, органическую часть западного проекта, европейской цивилизации. Интеллигенция и породила партию революционеров. Людей, которые отвергали современный мир и хотели его разрушить до основания. Это были пассионарные люди, готовые умирать и убивать за идею. Профессиональные революционеры. Часто они одновременно были и националистами – еврейские, финские, польские, украинские, литовские, грузинские социал-демократы. Анархисты. Туркестанские басмачи и пр. Даже церковь желала «перемен», обновления. Вернуть патриархию, избавиться от опеки государства. Многие иерархи были против самодержавия. Правда, «обновление» получилось не таким, каким виделось. Также против государства, утратившего в их глазах легитимность («Говорят, царь не настоящий!»), был сам народ. Простой народ, уставший от власти вообще. Крестьяне не желали платить налоги, давать рекрутов в армию, подчиняться чиновникам. Они желали «чёрного передела» земли. Поднять на вилы господ-помещиков, владельцев пароходов и банков. Дворянская верхушка, которая в XVIII–XIX столетиях утратила русский язык (главным языком был немецкий, французский и английский) и русские обычаи, превратившая в господ-колонизаторов, а державу в «белую Индию», воспринималась иноземной силой. Русский народ выступил против власти вообще как чужеродной, чужеземной и чужекультурной силы. Дорого, очень дорого обошлись Русской державе «балы, красавицы, лакеи, юнкера / И вальсы Шуберта, и хруст французской булки...». Страшная катастрофа уничтожила проект Романовых, империю и едва не убила Русскую цивилизацию. Художник Борис Кустодиев. «27 февраля 1917 года»Запал большой войныИтак, русское общество накануне 1917 года было уже не единым обществом, это была гремучая смесь, взрывчатка страшной разрушительной мощи. Требовался только запал-детонатор, чтобы взорвать эту атомную бомбу. Им выступила война. Как война с Японией вызвала Первую революцию, так и Первая мировая война привела к Февральской революции, а затем и Октябрю.Воевать Российской империи в её внутреннем состоянии было нельзя. Об этом предупреждали умнейшие люди. Столыпин (за это его и убили), Распутин, Дурново, Вандам (Едрихин) и др. Россию цинично использовали как таран для разрушения Германии, Австро-Венгрии и Турции, а затем кинули и ограбили. Кадровая армия, которая спасла власть во время Первой революции, истекла кровью на полях жесточайших сражений в Восточной Пруссии, Польше, на Карпатах и в Галиции. На место кадровых офицеров пришли новые, из представителей интеллигенции, ненавидевшей царизм. На фронт призвали миллионы солдат, в основном неграмотных крестьян. Они не понимали, за что воюют. Проливы? Галиция? Зачем они крестьянину и рабочему! Они читать и писать не умели. Какие проливы!? Они ненавидели государство, пославшее их подыхать в грязи и крови, помещиков и буржуа, которые сыто жили и пировали в тылу. Ненависть к сытым и богатым господам-барам копилась и разнесла страну на кусочки, когда миллионы вооруженных мужиков хлынули домой. Попутно господа-капиталисты наживались на войне. «Кому война, а кому мать родна». Простые мужики гибли на фронте, а богатые буржуа «объедались ананасов и рябчиков», не понимая, что приходит конец старого мира. Поэтому миллионы людей пошли за революционерами всех мастей, анархистами и националистами. Они плевали на войну и желали мира любой ценой, пусть самого похабного и позорного, но мира! Также война усугубила кризис легитимности власти. Неудачи на фронте порождали слухи об измене: «Что это — глупость или измена?» Это было бесструктурное управление, направленное против царя и его семьи. В Думе начинают говорить, что пора создавать свой «единый направляющий центр», который станет «штабом всех общественных сил России». Происходит распад самой власти, где аристократы убивают Распутина. Где великие князья формируют заговор против царя. Где происходит «министерская чехарда», и нет сильных фигур в правительстве, вроде Столыпина. Высшая власть была парализована, впала в ступор и не смогла подавить ряд заговоров, которые составила элита империи. В феврале 1917 года расколотая изнутри, уставшая от империалистической войны Россия взорвалась т. н. буржуазной революцией. В Петрограде начались беспорядки, спровоцированные рядом действий, в частности перебоями в снабжении. Разложившиеся тыловые части быстро перешли на сторону революционной массы. Николай II, которого просто обманывали, не сообщая о реальной ситуации в столице, сломался и под давлением высшего генералитета и представителей Думы отрёкся от престола. Хотя, будь на его месте человек с морально-волевыми качествами, как у Наполеона или Суворова, то шансы у него имелись. Можно было ещё малой кровью раздавить высокопоставленных заговорщиков. В стране установилась буржуазно-демократическая республика во главе с Временным правительством, где не было ни одного большевика. Россия стала очень свободной и демократической. С «демократизацией армии» в условиях войны и «парадом республик». Победившие буржуазные революционеры, образованные и богатые, думающие, что будут управлять лучше царя и его замшелых сановников, стремительно слили страну в ад-инферно. Спасли державу и народ уже новые революционеры – большевики. Они железной рукой стали строить уже новую Россию – социалистическую. Художник Иван Владимиров. «Сжигание орлов и царских портретов. 1917»