Изображение t.me/bureau_1440Несмотря на то, что многие взоры устремились на Иран и разворачивающиеся вокруг этой страны боевые действия, нас это должно волновать в куда меньшей степени – Специальная военная операция на Украине продолжается, идут тяжёлые наземные бои и обмен ударами с помощью высокоточного оружия большой дальности.



Отсутствие выбораОтносительно недавно Илон Маск выключил на территории Украины терминалы Starlink, неверифицированные в специальных «белых списках». Согласно заявлениям высокопоставленных лиц из Минобороны России, отключение терминалов Starlink никак не повлияло на качество связи российских наземных подразделений.Однако нас сейчас в первую очередь интересует не связь, а возможность применения терминалов Starlink или их аналогов для нанесения ударов с помощью БПЛА-камикадзе большой дальности, с высокой «ручной» точностью наведения на цель на конечном участке, с возможностью допоиска и верификации целей, а также объективного контроля результатов нанесения ударов в реальном времени.Имеются ли у нас возможности прямого управления БПЛА-камикадзе на расстоянии в сотни километров?У автора нет точного ответа на этот вопрос, но скорее он будет отрицательный.Спутники связи, расположенные на геостационарной орбите, имеют большие задержки и низкую помехозащищённость – использовать такую связь можно и нужно, но лишь в определённых сценариях.Крупнейший частный геостационарный спутник связи из когда-либо построенных – «Юпитер-3», массой более девяти тонн, разработанный компаниями Maxar Technologies и L3Harris Technologies для компании Echostar Hughes Network SystemsВроде бы что-то сейчас пытаются сделать с помощью меш-сетей, но насколько длинной может быть цепочка передачи сигналов? Каковы будут задержки передачи сигнала, особенно при увеличении количества «посредников»?Можно предположить, что на глубину в пару сотен километров меш-сети работать будут, но вот дальше, скорее всего, с задержками и разрывами сигнала, особенно если противник будет выбивать «звенья цепи».Starlink «для бедных»: связь на базе стратосферных аэростатов и стратосферных БПЛА – к этому направлению автор также относится скептически, по крайней мере, именно в части организации сетей высокоскоростной связи, как из-за низкой грузоподъёмности БПЛА, так и сложности удержания аэростатов в заданном районе.Иными словами, заменить систему высокоскоростной спутниковой связи Starlink может только аналогичная отечественная система высокоскоростной спутниковой связи.Вроде бы как один из наиболее близких к реальности проектов – это низкоорбитальная система связи компании «Бюро 1440», но пока точные сроки ввода этой системы в строй неизвестны.Изображение 1440.spaceТак что мешает нам создать отечественную систему высокоскоростной спутниковой связи?Одноразовый «батут»Несмотря на то, что Россия серьёзно отстала в части создания частично многоразовых ракет-носителей, у нас есть все возможности по выводу искусственных спутников Земли (ИСЗ) на орбиту.Да, это будет дороже, чем обходится США, но пока ещё не критично. Не будем забывать, что именно российские ракеты-носители вывели на орбиту часть спутников OneWeb – конкурирующего со Starlink британского проекта.Тем не менее создание частично и полностью многоразовых ракет-носителей должно стать одним из национальных приоритетов, и, по мнению автора, необходимо параллельно реализовывать как минимум три проекта.Первый проект – частично многоразовая ракета «Союз-7» (ранее «Амур-СПГ») на метане от АО «РКЦ "Прогресс“», которая может стать менее грузоподъёмным аналогом американской ракеты Falkon-9 компании SpaceX.Макет РН «Союз-7». Изображение commons.wikimedia.org / F.AlexsandrВторой проект – полностью многоразовая ракета-носитель «Корона» от ОАО «ГРЦ Макеева».Эволюция концепции РН «Корона». Изображение makeyev.ruТретий проект – стратегический полностью многоразовый тяжёлый комплекс «ракета-носитель – космический корабль», который стоит честно содрать у компании SpaceX, как минимум концептуально – речь идёт о выживании государства, так что миндальничать здесь нельзя. Полностью заимствовать решения компании SpaceX всё равно не получится, поскольку для этого потребуется скопировать весь завод, нам придётся адаптировать проект к своим технологическим возможностям.Если же кто-то скажет, что три проекта одновременно обойдутся слишком дорого, то пусть представит, во сколько обходится СВО – с отечественным аналогом сети Starlink война бы давно закончилась. Проще отказаться от орбитальной станции и некоторых научных проектов – позже частично многоразовые, а тем более полностью многоразовые ракеты-носители позволят всё это компенсировать с лихвой.Если к созданию многоразовых ракет подключится частный бизнес, то это направление также необходимо поддержать, например, освобождением от уплаты налогов.Пока же не стоит забывать про заслуженные ракеты-носители «Протон», мало ли как оно получится, а эти изделия давно показали весьма высокую надёжность и для одноразовых РН имеют относительно небольшую стоимость.Однако, судя по всему, основные проблемы у нас имеются с самими спутниками.Электронно-компонентная базаНачать можно с одной из наших больных тем – с радиационно-стойкой электронно-компонентной базы (ЭКБ). У нас и с обычной-то проблемы, но её, по крайней мере, почти всегда можно приобрести, даже несмотря на санкции – уж в очень больших объёмах она производится и реализуется по всей планете, а вот радиационно-стойкая ЭКБ – это куда более штучный и закрытый товар.Причём необходимо понимать, что ЭКБ, стойкая для «земной» радиации, для спутников не подходит, где-нибудь на АЭС основное излучение – это гамма-лучи, в худшем случае потоки нейтронов. А космическая радиация – это потоки заряженных частиц – протонов, электронов и ядер атомов, движущихся с околосветовыми скоростями. Изображение support.elvees.com / tehnoomsk.ruДаже быстрые нейтроны в ядре реактора не разгоняются более 40-45 тыс. километров в секунду, тогда как скорость света, с которой могут перемещаться протоны, электроны и ядра атомов в космическом пространстве, достигает почти 300 тыс. километров в секунду. Энергия быстрых нейтронов в реакторе достигает 10 МэВ (мегаэлектронвольт), тогда как космические частицы достигают 1 000 000 МэВ и даже 1 000 000 000 000 МэВ (для «пришельцев» из глубокого космоса).В России есть специалисты по радиационно-стойкой электронике. Во многом там всё зависит не только от ЭКБ, но и от схем проектирования, повышающих надёжность.Изображение niiis-micro.ruЧастично повысить защищённость можно, применяя пассивную защиту – не свинец, который при попадании быстрых частиц сам становится источником наведённого радиационного излучения, а материалы, богатые водородом – полиэтилен, пластик, а также композиты с добавлением бора.Есть ещё один интересный способ получения радиационно-стойкой электроники. Каждая микросхема сейчас во многом уникальна, так что их устойчивость к радиационному излучению сильно отличается от партии к партии, и даже от образца к образцу. Некоторые компании закупают большие партии микрочипов и тестируют их на устойчивость по специальной методике, прошедшие отбор образцы продаются как радиационно-стойкие. Ну и разумеется, нужна своя радиационно-стойкая ЭКБ, тем более что для неё «тонкие» техпроцессы не нужны, и даже если что-то мы не сможем изготовить сами, то шанс заказать такие изделия где-нибудь в Китае будет на порядок выше, чем сверхсовременные «земные» чипы.АФАРПомимо внутренней начинки ИСЗ, на них должны быть установлены ещё и антенны, представляющие собой активную фазированную антенную решётку (АФАР). Мало того что спутники, так и терминалы тоже представляют собой АФАР-антенну.У нас и с военными-то АФАР только-только всё начинает получаться, а здесь необходимо выпустить сотни ИСЗ, работающих в условиях космического пространства, а также десятки-сотни тысяч малогабаритных абонентских терминалов.Модуль СВЧ АФАР Х-диапазона. Изображение apni.ruАФАР – это сложная технология, отрицать наше отставание в этом направлении невозможно, но это критическая технология для связи и радиолокации, как для гражданских систем, так и для военных, так что навёрстывать упущенное необходимо максимально интенсивно.Изображение aftershock.newsПрограммное обеспечение Спутники связи, которые планирует развернуть «Бюро-1440», должны располагаться на орбите высотой 800 километров. На такой орбите спутники движутся со скоростью порядка 7,5 километров в секунду. На такой скорости необходимо связываться с терминалами, которые также могут перемещаться, терять сигнал, попадая под какие-либо препятствия.Решение этой задачи требует сложного программного обеспечения (ПО), а заманить программистов в космическое проекты далеко не факт, что просто; возможно, что шансов у «Бюро-1440» будет больше, чем у «Роскосмоса», как минимум потому, что, по личным наблюдениям, программисты не любят формализм госкомпаний – разрешение носить шорты и шлёпки, да холодильник с колой, могут стать серьёзным подспорьем в привлечении кадров.Привлечение кадров в IT имеет свою спецификуКроме того, любое ПО требует отладки, и не всю её можно выполнить здесь – на Земле, в свою очередь отладка ПО на действующих ИСЗ сопряжена с рисками их «окирпичивания», а что делать с «кирпичом» на орбите? В сервисный центр отнести его несколько затруднительно.Межспутниковая связь, позиционирование и наземная составляющаяДобиться высоких скоростей передачи данных можно, только обеспечив межспутниковую связь – для этого обычно используются оптические (лазерные) каналы связи, а для того чтобы такая связь работала, спутники должны знать свои координаты с минимальной погрешностью.Вроде бы такую лазерную межспутниковую связь в «Бюро-1440» уже испытывали, но одно дело – связать между собой два-три ИСЗ, а другое – сделать то же самое, когда их будут сотни.Изображение 1440.spaceТакже для уверенной работы сети спутников необходима наземная составляющая, как для передачи трафика в глобальную сеть, так и для повышения точности позиционирования ИСЗ – чем больше таких наземных станций, тем лучше.У нас большая территория, но желательно иметь и наземные станции за рубежом, но кто нам сейчас позволит их строить?Северная Корея, некоторые страны Африки, возможно, удастся договориться с Вьетнамом или Мьянмой, на этом пожалуй что и всё.Сколько мы потратили денег на помощь не пойми кому по всей планете, просто ради того, чтобы к ним красиво совершил визит наш кораблик или слетали самолётики. А потом пришли американцы и просто всё забрали забесплатно. Сделаны ли из этого какие-то выводы? Пока неясно.ВыводыКак мы видим, создание сети высокоскоростной связи на базе низкоорбитальных спутников – это далеко не простая задача.Недаром до SpaceX за неё никто не брался – не потому, что не хотели, а потому, что не могли.Изображение t.me/bureau_1440Для нас это одно из критических направлений, обеспечивающих конкурентоспособность государства и выживаемость вооружённых сил.